ССЫЛКИ

Ученые возвращаются в Чечню (интервью с президентом Академии наук ЧP Шахрудином Гапуровым)

Prague Watchdog: Далеко не все знают, что в республике существует Академия наук, президентом которой Вы являетесь. Можно ли вообще говорить о сколько-нибудь серьезном возрождении науки в Чечне?

Шахрудин Гапуров: Видимо, уже можно. В последние два года науке в Чеченской Республике уделяется большое внимание. Если в 2006 году штат Академии составлял всего 33 единицы, то как раз за эти два года штатный состав постановлением правительства был увеличен в 3 раза. Более чем в 4 раза увеличено финансирование, построено новое четырехэтажное здание в центре города с прекрасными подвальными помещениями, в которых мы планируем оборудовать научные лаборатории. Это уже следующий этап нашего развития. Таким образом, за два года произошли очень значительные изменения. Мы не имели фактически ничего, сегодня Академия наук – полноценная, действующая организация с серьезными планами и перспективами.

В прошлом году нами подготовлено 12 монографий, в этом около 20. Большая часть, правда, в области гуманитарных наук, но, тем не менее, монография по физике вице-президента Академии профессора Дадашева, изданная в Москве, переведена на английский и выпущена в Кембридже. Это обстоятельство указывает на фундаментальность исследования. Так что делается довольно много, и есть результаты.

PW: Но, видимо, наука – это не только штатное расписание и помещение, а прежде всего люди, ученые, специалисты. А они, надо полагать, в большинстве своем покинули республику?

Ш. Г.: Это правда. До первой войны в республике было 7 научно-исследовательских институтов. Это огромный коллектив ученых. Естественно, что большая часть вынуждена была уехать. Но сейчас пошел обратный процесс, люди постепенно возвращаются. Только в 2008 году 4 доктора наук переехали жить и работать обратно. На данный момент в Академии наук работают 34 доктора и 47 кандидатов наук. Так что научный потенциал имеется.

PW: Какие направления поддерживает руководство республики, отдает ли оно предпочтение каким-то конкретным научным областям, или же есть комплексный подход?

Ш. Г.: Я уже говорил о решении правительства расширить штатный состав, оно было принято в январе. Это было необходимо, поскольку вернувшимся ученым нужно было обеспечить рабочие места. Уже в октябре - следующее постановление об увеличении финансирования.

Конечно, не все проблемы могут быть решены в одночасье. Например, пока нет средств на строительство лабораторий. Только на одну требуется как минимум около полумиллиона долларов. Этого, к сожалению, мы позволить себе еще не можем, и поэтому основной акцент делается на развитии гуманитарных областей: история, культура и в особенности язык. Из-за событий последних 20 лет республика очень сильно отстала от соседних регионов в этом плане. Ведутся работы по усовершенствованию чеченской орфографии, графики. То есть пока в силу обстоятельств мы придерживаемся гуманитарного направления.

PW: Сегодня Рамзан Кадыров говорит о необходимости возрождения национальных традиций, он пытается ввести некоторые нормы мусульманского права в повседневный быт людей. Это каким-то образом откладывается в тех рекомендациях, которые власть дает чеченской науке?

Ш. Г.: Нет. Единственная задача, которая ставится, – необходимость проведения серьезных исследований в области национальной культуры, поскольку за все годы лихолетья эта сфера пришла в полный упадок. И речь идет не только о состоянии науки, а в первую очередь о состоянии умов. Во время кризиса, как водится, происходит отход от национальных обычаев, норм поведения. Скажем, мы наблюдали, как при Масхадове в республике стали распространяться явления, не характерные для чеченского общества, такие как похищения людей. Поэтому, конечно, сегодня в повестке дня – возрождение и пропаганда лучших горских традиций.

PW: Рамзан Кадыров лично выражал заинтересованность в развитии отечественной науки?

Ш. Г.: Да. Еще два года назад при президенте была создана комиссия по вопросам науки, летом на встрече президента с творческой интеллигенцией, представленной в основном Академией наук, как раз и шел разговор о необходимости воспитывать подрастающее поколение на лучших образцах чеченской культуры. Последняя встреча состоялась месяц назад.

PW: Нет ли у Вас ощущения, что такого рода задания к науке прямого отношения не имеют? Этим, скорее, должна заниматься пропаганда.

Ш. Г.: Без качественных исследований здесь не обойтись. Примитивной дидактикой, грубыми образцами можно, вероятнее всего, нанести вред. Поэтому речь идет о глубоких изысканиях в области культуры.

Но повторюсь: уклон в гуманитарную сферу в значительной мере вызван тем, что материальная база научных исследований Чеченской Республики была уничтожена полностью, и ее восстановление – нелегкая задача. Приоритетными направлениями сейчас являются обеспечение жизни, возрождение социальной структуры – больницы, школы, коммуникации и прочее. Большая часть проблем уже решена, и президент на последней встрече говорил, что науке теперь будет уделяться больше внимания.

PW: Власть, используя аппарат принуждения, заставляет сегодня людей следовать каким-то определенным нормам поведения, которые она считает традиционными. Нет ли опасности, что такое давление, с одной стороны, может, напротив, вызвать отторжение от национальной культуры, а с другой - воспрепятствовать процессам политической и культурной модернизации, которые способствуют органичному развитию чеченского общества? Известно, что студенческая молодежь не слишком довольна порядками, которые насаждаются в ВУЗах.

Ш. Г.: Думаю, такой опасности нет. В посткризисные времена государство неизбежно становится главным регулирующим центром общественной и политической жизни. Так происходит везде. Но, кроме того, следование традициям и национальной культуре совсем необязательно означает возврат к средневековому укладу, это сложный и тонкий процесс, когда модернизация и духовно-нравственное возрождение идут параллельно, не противореча друг другу. Никто не пытается уйти от современности.

PW: Когда женщина не сама, добровольно повязывает голову платком, а ее к этому принуждает государство, – разве это нормально?

Ш. Г.: Женские платки – традиция, их ношение считается обязательным. Но я согласен с тем, что речь может идти только о доброй воле, а не внешнем принуждении. То есть такие нормы должны вводиться не при помощи внешнего давления, а посредством воспитательной работы.

PW: Две войны породили колоссальный интерес к чеченской истории и культуре. В последние годы появилось немало работ по этим предметам. В советские времена гуманитарные науки были жестко ограничены идеологическими рамками, в исторических исследованиях доминировала школа профессора Виноградова. Сегодняшние исследователи работают в лучших условиях. Это сказалось на качестве научных работ о чеченском прошлом?

Ш. Г.: Действительно, интерес к чеченской истории огромный, но, к сожалению, большая часть того, что пишется о чеченцах, никакого отношения к науке не имеет. Это околонаучная публицистика, не базирующаяся ни на архивных документах, ни на этнографических, исторических, археологических исследованиях. Чеченское общество в таких текстах представлено как дикое первобытнообщинное, которое в таком состоянии из XIX века перебралось в XX, и это породило все последующие проблемы.

Этот вал публикаций, естественно, никаких открытий не принес, а только исказил образ прошлого. Серьезные работы ведутся внутри республики. Мы за последние два года выпустили двухтомник "История Чечни с древнейших времен до наших дней". Сейчас мы завершаем работу над четырехтомной историей. Работают в этом направлении и ученые в Москве и Санкт-Петербурге. Очень важными и глубокими являются научные труды по чеченской истории петербургского ученого Якова Гордина.

PW: Ученые из крупных российских научных центров уже не боятся выезжать в Чечню на полевые исследования – историки, археологи, этнографы? Научные экспедиции возможны, или все-таки необходимых условий пока нет?

Ш. Г.: Слава Богу, в республике сегодня спокойно, но инерция мышления пока еще цепляется за образы войны. Я могу утверждать, что сегодня в Чечню можно приезжать без всяких опасений и проводить исследования. Мы очень рассчитываем на то, что археологические работы, подобные тем, которые велись здесь в 50-60-х гг. прошлого века, возобновятся. Но в целом люди начинают потихоньку относиться иначе к происходящему, страхи уходят. В этом месяце в Грозном пройдет большая научная конференция "Чеченцы в сообществе народов России". Уже поступило 42 заявки из самых разных российских регионов и городов. Поэтому я думаю, что барьер, воздвигнутый за последние 15-20 лет, будет рушиться.

Надо сказать, что научный потенциал нам во многом удалось сохранить благодаря чрезвычайно благожелательному отношению к нам со стороны питерских и московских историков. А сейчас связи крепнут и ширятся.
 

Иллюстрация взята с сайта l-ux.ru.

(P,M/T)

  ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:
 ·