ГЛАВНАЯ
 ·О НАС
 ·ВАКАНСИИ
 ·ГОСТЕВАЯ КНИГА
 ·КОНТАКТ
 ·НАШИ БАННЕРЫ
 ·РЕПУБЛИКАЦИЯ
 ·ФОРУМЫ
  НОВЫЙ PW
 ·РЕПОРТАЖ
 ·ИНТЕРВЬЮ
 ·ОБЗОР НЕДЕЛИ
 ·АНАЛИТИКА
 ·КОММЕНТАРИЙ
 ·АВТOРCКAЯ КOЛOНКA
 ·ЭССЕ
 ·ПОЛЕМИКА
 ·ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ
  ЧЕЧНЯ
 ·ОСНОВНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
 ·ОБЩЕСТВО
 ·КАРТЫ
 ·БИБЛИОГРАФИЯ
  ПРАВА ЧЕЛОВЕКА
 ·АТАКИ НА ПРАВОЗАЩИТНИКОВ
 ·СВЕДЕНИЯ
  ЛЮДИ И СРЕДА
 ·ЛЮДИ
 ·СРЕДА
  СМИ
 ·ДОСТУП СМИ
 ·ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА
  ПОЛИТИКА
 ·ЧЕЧНЯ
 ·РОССИЯ
 ·ЗАРУБЕЖНАЯ РЕАКЦИЯ
  О КОНФЛИКТЕ
 ·НОВОСТИ / ИТОГИ
 ·ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
 ·ЦИФРЫ
 ·ВОЕННОЕ ДЕЛО
  ЖУРНАЛ ЧОС
 ·О ЖУРНАЛЕ
 ·НОМЕРА
  БЛОГИ
  РАДИО СВОБОДА
 ·ЕЖЕДНЕВНЫЕ ПЕРЕДАЧИ
 ·О ПЕРЕДАЧАХ
  ССЫЛКИ

ССЫЛКИ

24 января 2010 · Prague Watchdog / Усам Байсаев · ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ · ОТПРАВИТЬ ПО ЭЛ. ПОЧТЕ · ЯЗЫКОВЫЕ ВЕРСИИ: ENGLISH 

Быть битым, но не униженным

Усам Байсаев, специально для Prague Watchdog
Осло

На третьем курсе института я стал посещать занятия на военной кафедре. Помню первый день, когда нас, несколько десятков человек с разных факультетов, построили в два ряда в узком и темном коридоре и заставили называть, выходя вперед, имя, фамилию и место, откуда родом.

Я стоял одним из последних в своем ряду. Спустя несколько минут после того, как я отчеканил положенную фразу, офицер вызвал меня к началу строя и, указав на место перед самым высоким студентом, сказал: "Стой здесь. Будешь командиром взвода".

Решение офицера было неожиданным. Только на моем курсе училось несколько человек, отслуживших в армии положенные два года. Двое или трое из них вернулись на гражданку с лычками сержантов. Были русские ребята, украинцы, дагестанцы, казахи, калмыки, вся Средняя Азия вместе с Закавказьем тоже. Причем каждую этническую группу представляли как минимум два или три студента. И только я, чеченец, был один. Да еще и не вполне развитый физически, сравнительно тихий и оказавшийся на институтской скамейке сразу после школы.

Потом уже, когда познакомились лучше, офицер – майор-артиллерист, отслуживший уйму лет в различных частях по всему Советскому Союзу, – подтвердил, что в выборе помощника руководствовался исключительно национальным признаком. Мол, в армии встречался со многими чеченцами и остался о них хорошего мнения. Не дают себя в обиду, держат слово, имеют представление о чести...

В 1987, кажется, году на той же военной кафедре и тот же майор зачитал нам приказ министра обороны СССР о запрете на зачисление в полк больше двух чеченцев сразу. Его, если поискать, можно, наверное, найти где-нибудь в сети. Это была реакция на погром, который устроили в Гурьеве новобранцы из нашей республики. Посчитав, что их везут в Афганистан, они сожгли пристанционные киоски, разбили окна в вагонах, избили офицеров и солдат из группы сопровождения. Некоторых "буянов" потом осудили. Помню, что из моего села вместо армии за решетку отправились сразу двое.

Но приказ министра шел дальше этого события. Он должен был изменить сложившуюся в войсках "ненормальную" ситуацию. Призывники из Чечено-Ингушетии давно и успешно ломали устоявшуюся схему взаимоотношений между офицерами и солдатами с одной стороны и солдатами разного призыва между собой. Это уже было посерьезней буйства на отдельно взятой станции, пусть и сопровождавшегося большим материальным и - главное - политическим ущербом.

В советской армии, как и в нынешней российской, процветала "дедовщина". Старослужащие – "деды", если воспользоваться солдатским сленгом, - нещадно третировали "духов" – рядовых, не имевших за спиной полуторагодичного срока службы. Те сами потом, "подряхлев" и "постарев", отыгрывались на новобранцах. Система взаимной подчиненности пронизывала армию сверху донизу, упрощая для офицеров задачу контроля над своими подразделениями.

Схема эта работала ровно до того самого момента, пока в поле ее деятельности не оказывались чеченцы. Ни "дедов", ни "духов", а иногда и офицеров они не признавали. Любые попытки ущемить достоинство под предлогом "зелености" встречали кулаками. "Запахи"* из Чечено-Ингушетии почти всегда подминали "дембелей"** и устанавливали в частях удобные себе и часто основанные на насилии порядки.

О природе "дедовщины" много чего написано. Но никто и нигде (не думаю, что ошибусь в этом) не изучал данное явление с учетом поведения представителей разных этнических групп. Вот почему чеченцы вели себя так, а русские или прибалты по-иному? Почему одна и та же система упорядоченного и в какой-то мере узаконенного подавления человеческого достоинства у одних вызывала резкий протест и желание сопротивляться, а другие перед ней склонялись?

Понятно, что обобщения всегда хромают. Было много чеченцев, которые "ломались" и с готовностью брались за швабру с тряпкой. Да и сегодняшние события убедительно свидетельствуют – единого чеченского народа с каким-то единым характером уже нет, даже если он когда-то и существовал. Поэтому дальнейшие размышления – это размышления о типичном поведении. Вот почему у разных этнических групп оно было разное, с чего бы это?..

Не знаю, прав я или нет, но мне кажется, что способность или желание противостоять насилию в большинстве случаев не зависят от уровня образованности или религиозной принадлежности человека. Вот, скажем, литовцы, латыши или эстонцы. Они не особо сопротивлялись армейской "дедовщине", но даже в унижении пытались сохранить достоинство. Мол, не буду отвечать на подзатыльники и тычки в зубы, я – выше этого! Став "дембелями", действительно не били и не унижали сослуживцев.

Русские или украинцы, как правило, терпели и копили злобу для того, чтобы потом, когда наступит время, самим ее излить на других. На тех, кто моложе и беззащитней.

Кто сдавался сразу, бесповоротно и до конца службы – это узбеки, таджики, туркмены. В советской армии они были самой бесправной категорией среди всех, кто проходил службу.

Уроженцы прибалтийских республик были более образованными и более культурными в современном, западном понимании этого слова. Казалось бы, и понятия о чести и достоинстве должны бы занимать у них такое же высокое место. Они хотя бы знали, что это вообще такое, отдавали себе в том отчет. Однако образованность и желание оградить себя от унижений в них не очень между собой стыковались. Являлись, если образно, словами из разных песен.

У представителей славянских народов проблем с образованием тоже не было. Средний русский или украинец превосходил в этом такого же среднего, допустим, чеченца или узбека. Хотя, быть может, и уступал прибалтийцу. Но защитить себя, когда сделать это трудно, пойти против системы, попытаться ее сломать не особо стремился. Лишь встраивался в нее, сначала давая подавить себя, а потом беспощадно давя других.

Совсем на дне при таком раскладе оказывались призванные на службу жители Средней Азии. И образования почти никакого, и стремления защитить свое достоинство практически не наблюдалось. Разве что у отдельных только представителей.

Другими словами, уровень образования никак не объяснял (да и сейчас, наверное, не объясняет) поведение человека в тоталитарной среде. Чеченцы с их средним, очень средненьким образованием, как мне кажется, больше уважали в себе человека, чем куда более продвинутые тогда еще соотечественники с севера и запада страны.

Если не образование, то, может, принадлежность к определенной конфессии что-то прояснит? Несмотря на схожесть моральных установок, они-то ведь различны. В том числе и внутренней энергетикой, пассионарностью (если этот термин вообще здесь применим) своих последователей. Есть культы устоявшиеся, перебродившие. Но существуют ведь и молодые, активно пытающиеся регламентировать и контролировать все пространство реальности: общественную жизнь, политику, экономику, каждодневное существование конкретных мужчин и женщин.

Если рассматривать в этой плоскости, то все только запутывается. Средняя Азия – это мусульмане, пусть и слегка испорченные внедрявшимся при советском строе атеизмом. Прибалтийцы и славяне – этнические христиане. Чеченцы, которые никак не вписывались в систему "дедовщины", - опять же последователи ислама.

Мне кажется, что готовность какого-то человека отстаивать свое я во многом зависит от социальных и политических условий, в которых развивался его народ в течение последних нескольких сот лет, от выработанных им за это время норм и традиций. Вот если смотреть с этой точки зрения, то многое в реакции представителей различных народов бывшего Союза на армейскую "дедовщину" и в их типичном поведении начинает проясняться.

Да, туркмены, узбеки и таджики – часть мусульманской уммы. Причем более древняя, чем кто-либо на постсоветском пространстве. Они когда-то создали великие и процветавшие столетиями государства, внесли огромный вклад в мировую цивилизацию. Но последние несколько веков развивались в условиях тотальной несвободы. Ханы, беки, баи, эмиры и подчиненные им, бесправные дехкане. По спинам последних можно было пройтись свободно плеткой и не ждать в ответ ничего, кроме привычного: "На все воля Аллаха!" Умение подчиняться и не роптать – вековая привычка, замороженная на среднеазиатских просторах советской властью.

История России – это, конечно, история великого народа. В том числе и своей многострадальностью. Что ни царь, то деспот, что ни правитель, то тиран. Вряд ли у кого-то еще их было столько. И мало где так долго, до преддверия XX века, большая часть народа пребывала в юридически закрепленном рабстве. Суть русской истории – это насилие над слабыми и подчинение сильному. Причем и то, и другое одинаково без меры. Пасть ниц, чтобы потом бить до крови, до смертного боя! "Дедовщина" – всего лишь перенесенный в узкий мужской коллектив привычный образ жизни народа, не знавшего развития в условиях подлинной свободы.

Мне кажется, что поведение в советской армии прибалтийцев объяснялась простой европейской рациональностью. Защищаться нужно там, где позволяет ситуация, где сопротивление принесет хоть какие-то плоды. Если же это связано с чересчур большими издержками, то необходимо перетерпеть. Свобода и достоинство, конечно, лучше, чем несвобода и унижение. Но и цена важна не меньше.

Эту рациональность да нам бы, чеченцам. Скольких несчастий и трагедий сумели бы избежать, сколько человеческих жизней удалось бы сохранить…

Впрочем, кто это может знать точно? Да и были бы мы тогда теми, кем нас привыкли видеть? В любом случае в советской армии в массе своей чеченские призывники вели себя ровно так, как должны были вести в соответствии с заложенными в событиях XVIII столетия традициями. Изгнав князей и ликвидировав сословное деление, тогда в Чечне установили вполне демократические порядки. По тем временам, конечно, и для этой части земного шара. Сейчас от них, наверное, несло бы густо архаикой и экзотикой. Но чеченцы, получившие личную свободу, собственность на землю и равные со всеми, вне зависимости от объема кошелька, политические права, готовы были за все это сражаться. И такая возможность скоро представилась – на Кавказ уже окончательно и со всей мощью двинулась крепостная Россия.

Десятилетия битв впечатали в чеченцев убеждение, что лучше быть битым, чем униженным. По крайней мере совесть не будет мучить, что испугался, что твоя честь и человеческое достоинство стали тряпкой, о которую кто-то вытер ноги. Проиграть не стыдно - стыдно стерпеть оскорбление, промолчать в ответ. Разве достоин уважения тот, кто не уважает сам себя? Отсюда высокомерное отношение к тем, кто не захотел быть сильным. В советской армии чеченцы становились главными "дедами", обращая систему подавления личности себе на пользу.

…Демократические традиции, ощущение равенства со всеми, развитое чувство собственного достоинства плюс убеждение, что не достоин уважения тот, кто не принимает брошенный ему лично или всему обществу вызов, лежат в основе чеченского сопротивления и в ходе двух последних войн. И они же являются главными жертвами, кроме, естественно, жертв физических, проводящейся сегодня в республике политики. Впрочем, это уже тема для отдельного и куда более вдумчивого разговора.

* Только что призванные солдаты до принятия ими присяги
** Ожидающий демобилизации после полутора лет службы

Фотография взята с сайта "Дискуссия".


© 2010 Prague Watchdog (См. Републикация).

(P,M)



ФОРУМ





ПОИСК
  

[расширенный]

 © 2000-2017 Prague Watchdog. При полном или частичном использовании материалов ссылка на Prague Watchdog обязательна (в интернете - гиперссылка). См. Републикация.
Мнения авторов могут не совпадать с мнением редакции сайта Prague Watchdog,
стремящейся показать широкий спектр взглядов на события на Северном Кавказе.
Реклама